Тантра. Лекция 7. Вторая задача тантры – возвращение женщине её утраченной женственности. 2017-07-10T19:50:47+00:00

Тантра. Лекция 7. Вторая задача тантры – возвращение женщине её утраченной женственности.

photo2Для того, чтобы понять, на каком рубеже эпох мы сейчас находимся и какова роль женщин в грядущих переменах, сделаем краткий экскурс в историю отношения человеческой цивилизации к сексуальности, сексу и женскому началу.

В своей книге «Варварский Запад. Ранее Средневековье» Уоллес Хедрилл  рассказывает, что с наступлением эпохи неолита (10 тысяч лет тому назад) образовалась патриархальная нуклеарная семья. В этих новых условиях женщина стала неотъемлемой собственностью своего мужа – как сексуальной, так и хозяйственной. Именно в это время и формируется свод нравов, запрещающих добрачные и внебрачные сексуальные связи для женщин, создается фольклор, воспевающий девственность как высшую добродетель, а любое проявление сексуальной свободы женщин почти всегда каралось смертью. Таким образом, переход к патриархату был началом подавления женщины и принижения её социальной и духовной роли.

Что касается истории секса и сексуальности, то в древности повсеместно возникали религиозные культы, связанные с человеческой сексуальностью. Об этом свидетельствуют и наскальные рисунки, изображающие половые акты и детородные органы, и эротические изображения и статуэтки из гробниц египетских фараонов, и барельефы и статуи в индийских храмах, изображающие половые органы и все мыслимые и немыслимые позы совокупления, и многое другое. Изображение полового члена в состоянии эрекции, олицетворяющее силу, плодородие, целеустремленность, желание и удовольствие, являлось, вероятно, самым распространенным культовым символом в истории человечества. Однако и тенденции антисексуальной аскезы существовали и в глубокой древности. Но до появления христианства эти тенденции эти не были доминирующими, сколько-нибудь распространенными.

Христианство возникает в I в. н.э. на территории Римской империи в эпицентре экономических, политических, социальные и идеологических перемен. Само учение – как это часто бывает в истории — выступило одновременно и как продукт происходящих перемен, и как их движущая сила.

Экономический, политический и духовный упадок, полный крах античного «мирового порядка» привёл к созданию новой религии. Христианство появилось как раз тогда, когда появилась необходимость создать новую, альтернативную существующей, мораль. Появление христианства, которое качнуло маятник развития цивилизации в другую сторону, было эволюционно оправдано. И оно бесспорно сыграло свою позитивную роль, воплотив в своих догмах идеи, наиболее адекватные обществу того времени. Вместо таких чувств эпохи кризиса, как неудовлетворённость жизнью, отсутствие уверенности в завтрашнем дне, бессилие, внутренняя опустошённость, переходящая в безысходность и отчаяние, оно дало человеку идею спасения, искупления грехов, справедливости и загробного воздаяния за страдания и мучения в жизни.

Идеи равенства всех людей перед Высшими Силами или перед единым Богом, космополитизм, всеобщность, универсальность, как новые черты общественного сознания способствовали появлению демократических идей и объединению многочисленных народов, проживавших в ареале Средиземноморья.

Ф.Роде в своей статье «Роль христианства в европейской цивилизации» пишет, что монотеизм, распространенный христианством в Римской империи, привел к отказу от идеи о божественной сущности природы, что породило нашу сегодняшнюю техническую цивилизацию. Несмотря на способность мыслить рационально, греки и римляне были глубоко суеверны. В каждой роще, реке или в горах они видели присутствие того или иного божества, которое хозяйничало там. А в христианской перспективе мир, являясь творением единого Бога, открылся для исследования и господства со стороны человека.

Именно это секуляризированное видение мира позволило европейскому человеку осуществить научный подход к реальности. И не будет преувеличением сказать, что прогресс современной науки и техники происходит как раз из подобного восприятия действительности. Именно христианство сделало возможным совершить этот великий шаг на пути к познанию мира.

Другим важнейшим вкладом христианства в нашу цивилизацию является зарождение концепции личности. Только религия с её идеей о Боге, который принимает на себя заботу о каждом человеке, который знает каждого по имени, могла породить концепцию личности. Фундаментальное утверждение о том, что  человек был создан по образу и подобию Божьему, привело к появлению следующих идей: каждое человеческое существо является видимым образом невидимого Господа; каждый человек священен и является носителем абсолютной ценности и силы и никогда не должен быть простым орудием в чьих-либо руках; каждый человек уникален по сути, он неповторим, наделён абсолютным и неотъемлемым достоинством; каждый человек должен выполнить свою миссию, сказать своё слово, оставить свой след во время краткого пребывания на земле. Уважать и признавать эту особенность человека, уважать и признавать его право выразиться, принять его слово, каким бы скромным оно ни было, — это означает чтить образ Божий, носителем которого является человек. Из подобного восприятия человека, из этой концепции личности и происходит сегодняшняя идея о правах человека.

Но помимо неоспоримой пользы для развития нашей цивилизации, христианство положило начало эпохе тотального осуждения сексуальной жизни и её суровой регламентации. Роль христианства была решающей в изменении отношения ко всему, что было связано с сексом, проявлением сексуальности и отношением к женщине.

С приходом христианства одним из первых нововведений стало установление связи между плотью и грехом. Плоть стала греховной по определению. Человечество в христианский период своей истории пыталось ограничить свои естественные биологические потребности, преодолеть свое зоологическое наследие (вытравить из себя животное). Женщина, будучи более близкой к природе, а также, по словам Флиера, в силу своих детородных функций в большей мере ассоциировавшаяся с миром животных, подверглась наиболее тяжёлым формам сексуальных репрессий. “У женщины нет и не может быть души”, “женщина является “сосудом греха”, – утверждали теологи Шпренгер и Инститорис.

В литературе можно встретить историю о том, что на 3 Вселенском соборе в 431 г. Отцы Церкви долго спорили, есть у женщины душа или нет. После жарких дискуссий перешли к голосованию и большинством всего в один голос признали, что женщина тоже полноценный человек.

Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова (Екклезиастик), проникнутая антифеминистскими настроениями, гласит: «От жены начало греха, и через неё все мы умираем» (Сир. XXV, 27).

Так же, по мнению Поля Вейна, христианские идеологи придумали вполне завершенное обоснование полового воздержания, опирающееся и на теологию, и на Писание (толкование книги Бытия и первородного греха, наставления святого апостола Павла и Отцов Церкви).

Павел прямо указывает: «помышления плотские суть смерть,

[…] ибо, если живёте по плоти, то умрете» (Рим., VIII, 3—13). Также он предупреждает: «Я вам сказываю, братия: время уже коротко, так что имеющие жён должны быть как не имеющие» (1 Кор., VII, 29).

Согласно книге Бытия, утрата прямого общения с Богом, страдание (в трудах для мужчины, в родах для женщины) и смерть были последствиями первородного греха. Климент Александрийский первым сблизил первородный грех с половым актом, а Августин окончательно связал первородный грех с сексуальным влечением (между 395 и 430 гг. он трижды утверждает, что похоть через половой акт передаёт первородный грех). Таким образом, начиная с детей Адама и Евы, первородный грех завещан человеку посредством полового акта. В XII в. подобный взгляд станут разделять все, за исключением Абеляра и его учеников. Авторами богословских трактатов первородный грех буквально отождествляется с грехом сексуальным. Человечество рождено во грехе, грех сопровождает любое соитие — по причине похоти, непременно при этом присутствующей.

Григорий Великий в письме к святому Августину Кентерберийскому говорит о мерзости супружеского наслаждения. В первой половине XII в. великий парижский теолог Гуго Сен-Викторский скажет: «Не бывает совокупления супругов без плотского желания [libido], зачатие детей не происходит безгреховно».

Подобные убеждения существовали на протяжении всего Средневековья. Происхождение проказы, чью эстафету в середине XIV в. примет чума, видят в преступных сексуальных связях, главным образом — в половых отношениях супругов: следы блуда, совершенного плотью, проступают на поверхности тела. Подобно тому, как плоть передает первородный грех, дети расплачиваются за проступок своих родителей.

При этом Средневековье всё более конкретизирует плотский грех, заключает его во всё более жёсткие рамки запретов и санкций.

Немецкий знаток канонического права XI в. Бурхард Вормсский написал трактат Постановления, посвященный «злоупотреблениям в браке». Трактат этот получил большой общественный резонанс. Вот выдержки из него: «Не совокуплялся ли ты со своею супругою или с другой женщиной сзади, по-собачьи? Если ты это сделал, то каяться тебе и поститься на хлебе и воде десять дней. Соединялся ли ты со своею супругою во время ее месячных? Если ты это сделал, то каяться тебе и поститься на хлебе и воде десять дней. Если жена твоя вошла в церковь после родов, еще не очистившись от своих кровей, она должна будет каяться в течение стольких дней, сколько ей оставалось воздерживаться от посещения церкви. А если ты совокуплялся с ней в эти дни, то будет тебе назначено покаяние в двадцать дней на хлебе и воде. Совокуплялся ли ты со своею супругою после того, как дитя зашевелилось в матке? или за сорок дней до родов? Если ты это сделал, то каяться тебе и поститься на хлебе и воде двадцать дней. Совокуплялся ли ты со своею супругою после того, как произошло зачатие? Если да, то каяться тебе и поститься на хлебе и воде десять дней. Совокуплялся ли ты со своею супругою в воскресенье Господне? Если да, то каяться тебе и поститься на хлебе и воде четыре дня. Согрешил ли ты со своею супругою во время поста? Если да, то покаянием тебе будет пост в сорок дней на хлебе и воде или же ты пожертвуешь двадцать шесть су на дела милосердия. Если же грех случился, когда ты был пьян, то каяться тебе и поститься на хлебе и воде двадцать дней. Должно тебе также хранить целомудрие двадцать дней до Рождества и каждое воскресенье, а также во время всех предписанных законом постов, и в дни рождения апостолов, и во время основных праздников, а также в общественных местах. Если ты не соблюл эти правила, то каяться тебе и поститься на хлебе и воде сорок дней».

Такой контроль за сексуальной жизнью супругов оказывал давление на повседневное существование большинства мужчин и женщин, подчинял сексуальные отношения определенному ритму, повлекшему за собой целый ряд последствий, ибо такой «церковный календарь», тщательно проанализированный Жаном-Луи Фландреном, мог быть назван исключительно «противоестественным».

Таким образом, в эпоху христианства произошёл разрыв между сексом и духом, Эросом и Психеей, который, по мнению многих историков и социологов, отравил западную культуру, повесив на человека непосильную ношу греха, стыда и вины.

Однако важно понимать, что именно подавленному христианством Эросу западная цивилизация обязана научно-техническим прогрессом, промышленной революцией, переходом от аграрного общества к индустриальному, урбанизацией и экономическим ростом.

В своей работе «Эрос и цивилизация» философ, социолог и культуролог Герберт Маркузе анализирует стратегию развития западной цивилизации и выявляет ее репрессивный характер. Он пишет, что культура подавляет либидо и, образно говоря, питается отнятой у него энергией, перенаправляя энергию удовольствия в энергию труда на благо общества. Культуре и цивилизации не нужно, чтобы человек получал удовольствие – вместо этого нужно, чтобы он тяжело и много работал.Подавленный эрос лежит в основе высокого уровня развития индустриального общества с его достижениями и открытиями в науке и технике.

По словам Маркузе,  «культура – это методическое принесение в жертву либидо, его принудительное переключение на социально полезные виды деятельности и самовыражения».

Если секс как таковой признан порочным, то сексуальная разрядка, доставляющая удовольствие, греховна вдвойне. Сознательный отказ от сексуальной разрядки, по мнению Зигмунда Фрейда, толкает мужчин к освоению мира и развитию цивилизации. Эти мысли получили свое развитие в работах американских историков середины XX века П. Робинсона и В.Райха.

По мнению Райха, удовольствие – основная функция жизни, а биологический смысл удовольствия – заряжать организм энергией. Закрепощенность лишает возможности чувствовать, любить и сопереживать естественным для человека образом. Сексуальность и нервозность – два противоположных канала, в которые может устремляться возбуждение, поэтому при подавленной сексуальности человек становится нервозным. Свободно переживаемая сексуальность делает человека сильным, интеллектуально и духовно развитым и свободным. Для того, чтобы обрести власть и господство над человеком, нужно подавить его сексуальность, и тогда закомплексованный, ослабленный и страдающий человек будет искать спасение извне.

То, что общество посредством культуры управляет человеком и воспрещает ему те или иные действия и мысли, более или менее целенаправленно исследовали преимущественно французские постструктуралисты, и среди них более всего – Мишель Фуко и Жан Бодрийяр. По словам философа Мишеля Фуко, секс – это потрясающее орудие контроля и власти. Согласно его «гипотезе подавления», коллектив всегда стремился подавить индивида законами, традициями, обычаями, нравами и в особенности разрешенными и запрещёнными формами сексуальности.

Новая сексуальная этика, по словам Фландрена, «на восемнадцать веков» взгромоздила на плечи Запада бремя воздержания.

Некоторую либерализацию принесло Возрождение (Ренессанс), особенно итальянское. Живопись, скульптура, литература,  театр, наука  этой  эпохи приблизились  к  человеку,  ко  всем проявлениям  его натуры,  в  том  числе к  сексуальности. В какой-то мере возродились античные традиции  воспевания  красоты  человеческого  тела.  Из-под  кисти  Микеланджело обнажённые  фигуры появились  даже  в  Сикстинской  капелле  Ватикана. Правда, после  смерти папы Павла III, который покровительствовал художнику, обнажённые фигуры росписи капеллы были «приодеты». При этом нагота статуй и картин того времени отнюдь не была асексуальной. К примеру, Микеланджело  написал  картину по  сюжету  мифа  о  Леде  и  лебеде. К сожалению, картина не дошла  до  нас, поскольку  её  уничтожили  во  Франции  во  времена  Людовика XIII  из  соображений нравственности. А на этой картине было изображено следующее: Юпитер (Зевс),  влюблённый  в супругу спартанского царя Тиндарея Леду, овладевает ею, явившись в облике лебедя.

Если говорить о литературе  раннего  Возрождения, то особо стоит отметить «Декамерон» Джованни Боккаччо, бóльшая часть содержания которого откровенно эротична. В  период  раннего  Ренессанса  французский  философ  и  писатель Мишель  де  Монтень  в  своих «Опытах»  прямо  утверждал естественность,  необходимость  и  оправданность  полового  акта,  на  котором,  как говорил  он, тем больше останавливаются мысли людей, чем меньше принято о нём говорить. Петрарка, Рабле, Шекспир говорили  о подлинной основе многих человеческих страстей, о половой любви, половой потребности. Начали  появляться  и  научные  исследования, связанные с сексуальной природой человека. Леонардо да Винчи изучал анатомию половых органов и ряд аспектов половой физиологии. Тем же занимался его соотечественник известный врач и анатом  Фаллопий. Основоположник современной  хирургии Амбруаз Паре издал серьёзное пособие по акушерству, где указал на естественность половой потребности у женщин, что ранее яростно оспаривалось, и говорил о способах достижения сексуального удовлетворения. Правда, общественность сочла, что это было уже слишком даже для того времени. Книгу публично сожгли, а сам Паре едва сохранил жизнь.

Характерные изменения произошли в мужской и женской одежде. Женское платье стало более нарядным,  эротичным, часто обнажающим плечи и  подчеркивающим грудь. Мужской  костюм  плотно  облегал тело, особенно ноги, ягодицы. Пах модно одетого мужчины украшал так называемый гульфик – мешочек, не столько скрывавший, сколько соблазнительно обрисовывавший половые органы (вспомните описание гульфика раблезианского героя в «Гаргантюа и Пантагрюэле»).

Возрождение принесло тенденцию сближения официальной, традиционно более строгой морали и культуры, с более свободной моралью и культурой народа. Но в постренессансный период тенденции развития морали и культуры резко изменились. Произошло быстрое и активное утверждение пуританства. Этот термин происходит от латинского «пуритас» – чистота. Так, нагота, легализованная Возрождением, стала повсеместно изгоняться. Постепенно нравы изменились так, что тело полагалось одевать даже для сна: для этого придумали пижамы и другие одеяния.

Снова жёстко подавлялись всякие проявления сексуальности. О ней нельзя стало даже говорить. Известный философ, психолог и сексолог И.С.Кон считает причиной распространения указанных тенденций утверждение в качестве приоритетных в период становления буржуазного общества стремлений к самореализации в труде, к деловому  преуспеянию.

Продолжая эту традицию, философия Просвещения и последующих веков считала биологическую сущность человека низменной, бездуховной, подлежащей подавлению.

Репрессивной цивилизации, образно говоря, нужны рабы, молчаливо работающие на плантации. По словам Вильгельма Райха, «Сдерживание сексуальности парализует действие мятежных сил в человеке, так как каждый жизненный порыв теперь обременён страхом; поскольку секс стал запретной темой, критическая способность и мысль человека также становятся запретными». При этом возможный социальный протест предотвращается путём усиления чувств сексуальной вины и моральной зависимости от существующего порядка. Вильгельм Райх по этому поводу писал: «Если подавление материальных потребностей побуждает к сопротивлению, то подавление сексуальных потребностей предотвращает сопротивление обеим формам подавления».

В индустриальном обществе основное подавление (базис культуры) усилено прибавочным – дополнительным принуждением со стороны социальной власти. С целью удержания своего привилегированного положения определенные социальные группы, опираясь на факт нужды (мир беден для полного удовлетворения человеческих потребностей, необходим труд как комплекс мер по приобретению средств удовлетворения), поддерживают неравномерное распределение нужды и подавление.

В индустриальном обществе контроль над индивидом осуществляется продолжительностью и содержанием труда, организацией досуга (манипулирование сознанием через СМИ и индустрию развлечений), поддержанием культа потребления, созданием искусственного дефицита материальных благ. Эрос не только подавлен, но и распят: с одной стороны, он табуирован с помощью стыда и вины, а с другой стороны, опошлен десексуализацией тела, приоритетом генитальности, превращением тела в инструмент труда.

По мнению Маркузе, данная стратегия культуры фатальна. Репрессивная цивилизация, с помощью сублимации питается энергией, отнятой у Эроса,  ослабляет инстинкт жизни и тем самым усиливает и высвобождает деструктивные силы (войны, революции, эпидемии, снижение рождаемости, экономические и политические кризисы).

По мнению Фуко, дальнейшее рассмотрение истории сексуальных норм просто не имеет смысла, поскольку вплоть до «сексуальной революции» 1960-70 гг. отношение к сексу и сексуальной потребности человека оставалось более или менее стабильным:женская сексуальность преследовалась тотально (даже женский оргазм рассматривался как форма истерии, которую следует преодолевать); отношение к мужской сексуальности было более либеральным, но в целом и на неё накладывалось множество ограничений, допускавших только наиболее традиционные формы её удовлетворения.

Между «неолитической революцией» 10 тысячелетия до н. э. и «сексуальной революцией» последней трети XX века отношение к биологической сущности человека, хотя и прошло определенную эволюцию, сдвиги в вопросе свободы секса (прежде всего по отношению к сексуальной самодостаточности женщин) за этот огромный исторический период были совершенно незначительными.

Современная культура, основанная на подавлении, склонна к разрушению и агрессии и движется к самоуничтожению. Маркузе считает репрессию характеристикой существующей, исторически преходящей формы принципа производительности. На современном этапе развития общества сложились предпосылки для перехода к новому типу цивилизации: когда побеждена нужда, высокий уровень развития науки и техники отменяет необходимость изнурительного труда, господство устарело и стало иррациональным. Чтобы избежать гибели, западная цивилизация должна снова опереться на принцип удовольствия. На смену изнурительному труду должен прийти труд как свободная игра человеческих способностей («либидозный труд»). Средство перехода к новой культуре – освобождение Эроса (новая чувственность и сексуальная мораль как победа над агрессией и виновностью).

Первой попыткой освобождения Эроса была сексуальная революция 1970-х гг.Поколение, родившееся сразу после окончания Второй мировой войны, было по-настоящему революционным. Если родители в основном ещё придерживались традиционных взглядов, то дети в условиях разрушенной экономики не чувствовали потребности в прежней морали. Важнейшим фактором стало появление надёжных и доступных способов контрацепции, что позволило использовать секс лишь в целях достижения удовольствия. С одной стороны, благом сексуальной революции было то, что секс стал открытой темой, оральный и анальный секс перестали быть «табу», благодаря контрацепции сексом стали заниматься для удовольствия, а не только для продолжения рода. Кроме того, женщина стала пользоваться такими же гражданскими правами, как и мужчина. Однако у сексуальной революции была и обратная сторона: увеличение беспорядочных половых связей, распространение заболеваний, передающихся половым путём, эпидемия СПИДа, снижение роли семьи.

Сексуальная энергия – огромная сила и, если ею не управляет развитое сознание, она принимает разрушительные формы для физического и психического здоровья человека. К примеру, в языческом Риме в период упадка царили необузданная сексуальная свобода и сексуальный разгул. В 70-е гг. XX века также произошёл упадок культуры с сопутствующей эпидемией венерических заболеваний, наркотиков, проституции и порнографии.

Последствиями революции, происходящими в наши дни, являются антифеминизм, острый демографический кризис из-за нежелания рожать детей, массовых абортов, разводов. Возможность получить сексуальную услугу везде и всегда, а главное пропаганда подобного поведения и преподнесение его как норму, ведёт к распадам семей, что, в свою очередь, является тяжёлой травмой для детей. По словам сексолога Игоря Кона, произошла деромантизация, коммерциализация и тривиализация сексуальности.

Журналистка Ханна Розин в своей статье «Сексуальная свобода и успешность женщин», опубликованной в «The Wall Street Journal», высказывает мнение, что сексуальная революция означает не только сексуальную свободу, но и растущее могущество женщин в обществе. «Женщины на пике сексуальности – то есть в возрасте 20-35 лет – обычно имеют более высокие доходы, чем их ровесники-мужчины. Они в среднем лучше образованы и зарабатывают больше денег», – поясняет Розин. Женщины больше не нуждаются в мужчинах для того, чтобы обрести финансовую стабильность и влияние в обществе, они как более успешные начинают доминировать в социуме.

Мэри Эберстадт, научный сотрудник Гуверовского института, в статье «Сексуальная революция имела позитивные последствия для женщин? Нет!», опубликованной там же, обращает внимание на то, что многие современные успешные женщины считают, что они больше вообще не нуждаются в близости, отношениях и семье с мужчиной – они рожают «для себя» от анонимных доноров спермы и воспитывают детей самостоятельно.

Одной из характерных особенностей сексуальной революции было изменение отношения к женщине в постели. Мужчина узнал, что кончать раньше дамы не прилично. Сначала с помощью эрогенных зон, оральных ласк, определенных углов входа и прочих премудростей нужно довести партнёршу до оргазма, а затем уже можно «расслабляться» самому. Способы удовлетворения женщины прогрессируют и становятся все более изощрёнными, но женщины, похоже, всё менее удовлетворены, как физически, так и психологически. Фригидность можно смело считать новой болезнью цивилизации, а жалобы на то, что «настоящие мужчины перевелись», слышатся всё чаще. С мужчиной как-то проще. Мужчины получали удовольствие и кончали во все времена. Если бы этого не было, род человеческий прервался бы естественным путем. По мнению сексологов, отсутствие разрядки – проблема исключительно женская, среди мужчин ею страдает лишь один из тысячи. При этом, по медицинской статистике, от 30 до 40% женщин вообще не испытывают оргазма.

Физический оргазм — вещь сугубо физиологическая. Удовольствие — вещь психологическая. Можно получить оргазм, но не получить удовольствие. Можно получить удовольствие, но не получить оргазм. Женщина получает удовольствие сначала эмоциями, потом телом. Мужчина — сначала телом, потом эмоциями. Мужчина может стимулировать все эрогенные зоны женщины и точку Джи хоть 24 в сутки, делать эротический массаж и куннилингус, но не добиться ни её удовольствия, ни тем более оргазма. А может едва приобнять её – и она кончит от одного лишь объятия.Женщина получает физиологическое удовольствие через эмоциональное. Так в чём же дело? Почему современная женщина, «освобождённая» сексуальной революцией, перестала получать эмоциональное удовольствие от близости с мужчиной и – вследствие этого – перестала испытывать оргазм?

Дело в том, что природа женщины – не доминировать, а принадлежать. Это её естество. Чтобы разобраться в этом, нужно понять стратегию выбора брачного партнёра, заложенную в генетику человеческого рода.

Человеческий младенец несамостоятелен рекордное для природы время – несколько лет. Одной матери вырастить ребенка в условиях первобытного существования было нереально. Экономическое выживание матери-одиночки стало возможным только с уменьшением доли физического труда во второй половине XX века. Во все предыдущие времена для выращивания потомства была нужна помощь мужчины, отца ребёнка. Лучше, естественно, если это будет не просто мужчина, а сильный, предприимчивый, смелый охотник. И ещё лучше, если этот охотник получит бóльшую часть добычи при дележе. То есть для выращивания потомства женщине нужен мужчина, занимающий благодаря своему уму, силе и свирепости достаточно высокую иерархическую ступень. Лучшим вариантом, несомненно, является верховный для данной структуры доминант, обладающий правом распределения добычи – вождь племени.

Итак, женщине для продолжения рода нужен доминант, стоящий как можно более высоко на иерархической лестнице. Самка в первобытной человеческой стае ещё не умела прогнозировать далёкое будущее и искать себе подходящего с точки зрения разума партнёра для воспитания детей. Поэтому стимулом для поиска подобного партнёра стало удовольствие, получаемое женщиной от полового акта. Чем иерархически выше был доминант в представлении женщины, тем больше было её возбуждение.

Эта программа поиска доминанта, сформированная в период, когда человек ещё не был разумным, записана на уровне подсознания любой женщины. Механизм выбора брачного партнера действует и сегодня – вне зависимости от того, нравится это нашему разуму или нет. Получается, с доминантом женщина будет получать удовольствие в постели вне зависимости от того, техничен он или нет, знает он про точку Джи или просто имеет женщину, не особенно заботясь о её удовольствии. Получение удовольствия от близости с доминантом – это инстинктивная программа, заложенная в женщину природой.

Именно этим принципом можно объяснить феномен БДСМ. Вторая буква аббревиатуры расшифровывается как «доминирование». БДСМ называют «универсальным лекарством от женской фригидности», поскольку в подобных отношениях доминантность мужчины не подвергается сомнению. Не случайно к БДСМ тянутся, как правило, преуспевающие самостоятельные женщины, с лихвой реализованные во внешнем мире, но от этого всё более несчастные в личной жизни.

Экономическое, политическое и социальное равенство полов на Западе и в России – это свершившийся факт. Однако это равенство ещё не означает комфорта и гармонии между сознательными понятиями и подсознательными установками. Естественная для восточного общества фраза «Помолчи, женщина», особенно сказанная не в шутку, а всерьёз, может очень обидеть современную даму, но именно она говорит женскому подсознанию, что у неё есть мужчина, на которого можно положиться и который решит все стоящие перед ними проблемы.

После сексуальной революции женщины имеют право на равенство с мужчинами во всех сторонах жизни. Однако за всё приходится платить. Платой за равенство стала фригидность и регулярная неудовлетворенность женщин сексуальной жизнью. И никакие пособия по сексу, врачи-сексологи и курсы лишения сексуальной безграмотности здесь не помогут. Техник будет больше, приемы удовлетворения станут изощрённее – а удовольствие женщины будут получать всё меньше.

Где же выход? Подавление Эроса и подавление женщины, так же, как и подобный извержению вулкана взрыв Эроса, приводящий к доминированию женщин в социуме, одинаково деструктивны.

Именно сейчас пришло время для сексуально-духовной революции: для подлинного освобождения Эроса и обретения женщиной своего предназначения.

Чтобы освобождённый Эрос не обернулся разнузданностью, развратом и крушением морально-нравственных ценностей, главенствующую духовную роль в этой новой цивилизации будет играть женщина, пробуждённая Женщина, возродившая своё женское начало. Мужчина и женщина разные, у них разное предназначение и место в жизни, и невозможно говорить ни о соперничестве, ни о равенстве. Поэтому мы говорим о том, что пришло время женщине осознать своё предназначение, вернуть свою утраченную женскую силу и занять своё священное место в системе семьи и социальных взаимоотношений.

С древних времён считалось, что у женщины есть три пути развития в соответствии со своей женской природой. В зависимости от того, на какие цели женщина направляла свою сексуальную энергию, она могла играть в обществе одну из трех ролей:Любовницы, Матери или Жрицы.

Во время подавления Эроса и женщины единственной социально приемлемой была роль Матери. Главная женщина христианства – Дева Мария. Главные ценности –добродетель, целомудрие. Во времена сексуальной революции роль Матери принижалась, и на передний план выходила роль Любовницы. Главные женщины этого времени – сексуальные актрисы, фотомодели, певицы. Главные ценности –сексуальная привлекательность и сексуальная раскрепощённость.

При этом роль Матери и роль Любовницы исторически были антагонистами. Вот характерный пример этого разделения и противопоставления – диалог из фильма «Анализируй это»:

— Зачем вам подружка?

— С ней можно то, чего нельзя с женой.

— А почему нельзя с женой?

— Этими губами она целует моих детей…

Сейчас настало время перемен, когда мудрая женщина не только гармонично объединит эти две роли, но ещё и возродит свою самую главную роль – роль Жрицы. Архетип Жрицы – это архетип духовного учителя, проводника к Высшему, посредника между земным и небесным миром.

Женщина, возродившая своё женское начало – это та, которая позволяет мужчине быть повелителем, которая соглашается быть принимающей и ведомой, но при этом она Жрица в храме его жизни, Любовница в его постели и Мать его детей.

Настя Михеева, психолог — сексолог, для сайта Хэппи Вагина Гуру

error: Запрещено от копирования!